Меню Закрыть

РУССКИЕ

Л.Ермолаева«Русские» — это не национальность, это состояние души. «Русские» — это те, кто после окончания эксперимента на Русском месторождении переехали в посёлок Вынгапуровский и не изменили своему НГДУ, которое называют ласково «Заполярка». Мы с мужем отработали здесь по шестнадцать лет, с 1978 года — года основания.

Что вспоминается? Всё: розжиг пласта, включение телеорбиты, пуск газотурбинной станции, ввод ЦПС, открытие Дома культуры, аварии на трубопроводе, первые бурёнки и лошадки в подсобном хозяйстве, первые буханки хлеба, испечённые в своей пекарне и много-много ещё чего.

Теперь, оглядываясь назад, я ловлю себя на мысли, что хоть мы и жили иногда трудно, но со светлой грустью вспоминается время самого начала «Заполярки».

Разве можно забыть того доктора-стоматолога, который принял первые роды на Русском! А получилось так: нет погоды, нет «бортов», нет связи. А женщина рожает. Не помню сейчас фамилию стоматолога-ноябрьца, который прилетел к нам оказывать зубоврачебную помощь, но парень оказался молодец — ему по силам оказались даже роды. С его помощью и с помощью наших медсестер Нади Дударевой и Лены Тимошиной, на свет появился крепкий, как белый грибок, малыш. Вот тебе и «стоматолог-акушер»!

На Русском я работала инженером по труду. Раз в месяц необходимо было вылетать с отчётом в Нижневартовск, а позднее в Ноябрьск. Часто бывало, попадали в нелетную погоду. Особенно сложно было с АН-2. Боковой ветер — взлетать нельзя. Выход один — взлетаем поперёк полосы. Или, возвращаясь из Нижневартовска в Тазовский, долетаем до Газ-Сале. Закрыли погоду, а всем хочется домой. Ничего страшного — двадцать пять километров едем на АН-2, как на автобусе по ледовой дороге реки Таз. Вертолётчики не отставали от экипажей АН-2. Тем более, что грузов нужно было перевозить много. Загружаемся под завязку и взлетаем… с самолётной полосы.

А вкус хлеба с Русского вряд ли кто забудет. Пышные, ароматные буханки — произведение Гали Меренковой, техника по… железобетону!

Всегда вспоминаются праздники. Собирались всем посёлком. Вот уж было веселье! Особенно Новый год! В 1981 году моему мужу выпал жребий быть Дедом Морозом. Сшили костюм, соорудили бороду, шапку, посох и, как положено, мешок с подарками. Где-то около полуночи пошли облачать Деда Мороза. А собак в посёлке было много. Наверное, по одной-две на каждого жителя. Тундра всё-таки: попадались волки, росомахи.

Только хоть и северные собаки, а вот Деда Мороза видели впервые. Только он появился, вся собачья братия дружно стала его атаковать, не давая возможности убежать. Кое-как спасли его распорядители праздника и едва успели к бою курантов. А по снегу летали клочья ваты, блёстки, конфетти…

Были, конечно, и неприятности. Порвался водопровод от протоки к котельной. На улице под пятьдесят, да ещё ветер. При ремонте люди сразу превращались в большие сосульки, но работали. Потом отогревались и опять работали, пока не победили.

Первый для меня выброс из газовой скважины. При проведении ремонта была нарушена технология. И в результате весь посёлок окутался дымкой, с жутким воем из жерла скважины вылетал газ вместе с пылью, казалось, находишься в аду. На вторые сутки решили вызвать горных спасателей, но прилетел Анатолий Иванович Мамеев — начальник Русского промысла. Совершенно спокойно, словно он делал это ежедневно, добрался по-пластунски до устья и закрыл задвижку. Ад закончился. Жизнелюбие, необыкновенная энергия этого человека неиссякаемы, а ведь он прошёл Великую Отечественную войну, перенёс серьёзную операцию, много лет работал на Севере, но никогда не терялся в экстремальных ситуациях, и мы подозревали даже, что ему это нравилось, но никогда не считали это показухой. У Анатолия Ивановича такой характер, он любит опасность и любит работать, из самых сложных ситуаций мог найти выход. Так, первого мая 1984 года из Тазовска по зимнику вышла наша колонна «Уралов». Один бензовоз и два бортовых с мукой. До этого зимник был ещё проходимый, но погода резко изменилась. Температура поднималась до 25° в течение нескольких часов, озёра, речки вскрылись.

Тундра покрылась водой. Машины оказались в плену у вешних вод. Летавший на разведку вертолёт нашёл на третий день «робинзонов» на каком-то острове. Но командир однозначно заверил, что до зимы технику оттуда не вывезти. Потеря трех «Уралов» для Русского имела бы тяжёлые последствия. Мамеев улетел вертолётом к попавшим в беду водителям. А уже через три часа машины пришли на Русское своим ходом. Долго ещё будут помнить путешественники о несолёных лепёшках, испечённых на лопате, смазанной солидолом. Вот такой он, Анатолий Иванович Мамеев, последний начальник Русского нефтепромысла, сейчас он на отдыхе, но каждый праздник «Русские» на Вынгапуре получают от него весточку — поздравление.

Дом стоит на фундаменте. И чем прочнее, надёжнее он сделан, тем больше крепости и устойчивости он даёт дому. Так, надёжный фундамент нашего НГДУ был заложен первым главным инженером, а потом начальником НГДУ Виктором Остаповичем Палием, — сейчас генеральным директором «Нижневартовскнефтегаза». А воздвиг дом и завершил его строительство теперешний начальник управления Борис Михайлович Захаров. Вот три человека: Палий, Мамеев, Захаров, которые навсегда останутся в истории «заполярки» — люди необыкновенной трудоспособности, выносливости, с высоким нравственным началом.

И ещё Владимир Небожак, Людмила Середа, Евгений Крылов, супруги Костькины, Егоровы, Тимошины, Торчинские навсегда останутся «Русскими» где бы они потом ни жили, ни работали.

Похожие записи

Добавить комментарий

Внимание! Нажимая кнопку "Отправить комментарий" вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности сайта.

Ваш адрес email не будет опубликован.